У нас в области первая шелти появилась четыре года назад – ее привезла Любовь Журавлева, кинолог со стажем, в то время разводившая колли. Говорит, что шелти вживую увидела намного раньше в новосибирском питомнике, где покупала для себя колли. И, конечно, не могла не заинтересоваться. Расспрашивала об этой породе, присматривалась и в конце концов купила свою первую собаку. Так в ее доме появилась Эшли. И хозяйка не смогла не влюбиться в свою новую питомицу.

К тому же, колли постепенно уходили из ее жизни – кто-то из собак умер от старости, кого-то пришлось отдать, потому что ее невзлюбили другие собаки. С Любовью еще живет ее старый колли, но шелти стали основными животными в доме. Теперь здесь царствуют «миниатюрные колли», сейчас здесь пять взрослых собак и четыре щенка, которые появились на свет совсем недавно.

Впрочем, как говорилось, шелти – это не уменьшенная копия длинношерстного колли, а самостоятельная порода. Ее родиной считаются Шотландские острова, входящие в состав Великобритании, – отсюда и название породы. Даже у специалистов нет единого мнения по поводу ее происхождения. Одни считают ее аборигенной породой, которой столько же лет, сколько и самим островам. Другие утверждают, что ее произвели от бордер-колли, третьи полагают, что шелти – продукт скрещивания скандинавских шпицев с шотландскими пастушьими собаками. Есть и еще несколько других версий происхождения шелти. Вообще название породы и ее признание закрепилось в начале прошлого века, когда в 1914 году был создан Английский шелти-клуб. Тогда же впервые был закреплен стандарт породы, который сначала просто гласил, что шелти должна иметь внешность миниатюрной колли. В 1948 году были внесены последние изменения в стандарт породы, который с тех пор не менялся.

Считается, что в начале прошлого века породу по-настоящему спасли от исчезновения. Шелти – тоже своего рода пастушья собака, правда, изначально на гэльском языке ее называли «тунидогом», что можно было бы перевести как «фермерская собака» – она тоже была приставлена к овцам, только когда-то и овцы были помельче, и отары малочисленнее, и шелти легко могли управлять таким стадом. Позднее хозяйство стало требовать более крупных собак, и шелти была вытеснена другими пастушьими породами.

Крупных собак, живущих в квартире, всегда немного жалко, поскольку кажется, что им остро не хватает пространства, движения и свободы. Любовь Журавлева считает, что колли – те немногие из крупных собак, которые неплохо чувствуют себя в городских квартирах. Впрочем, ее собаки всегда жили в частном доме… Но она и здесь возражает: мол, знает одну семью, где в однокомнатной квартире прекрасно уживаются мать с дочкой и две крупные колли. Люба вообще ценит колли за их прекрасный характер – они уживчивы, спокойны, доброжелательны и самодостаточны. Если собака предложит хозяину поиграть, а тому некогда, колли всегда поймет, на игре не станет настаивать, а зай­мется своими собачьими делами. Не в пример тем собакам, которые будут приставать с требованием поиграть, пока своего не добьются.

Шелти в этом плане тоже похожи на колли. Но в остальном… Люба сравнивает их просто: если колли – аристократы, то шелти по сравнению с ними – настоящая шпана. Они всегда в движении, всегда готовы к любым проказам. Хотя, глядя на их благородную внешность, шпаной называть шелти совсем не хочется. Наверное, в любом британце, даже мелком и озорном, всегда сохраняется доля аристократизма – и во внешности, и в повадках. Сама Люба, хоть и продолжает любить колли, после близкого знакомства с шелти считает их немного скучноватыми. Однако, думается, многое зависит и от самого человека: кому-то наверняка будет комфортнее рядом с более флегматичным и уравновешенным животным. На самом деле, это здорово, что любой человек всегда сможет найти себе подходящего четвероногого товарища в зависимости от собственного характера и темперамента.

Итак, Эшли некоторое время оставалась единственной шелти в Павлодаре. Позднее у самой Любы Журавлевой появились еще три хвостатые девочки – Памела, Скалли и Баффи. А недавно к ним присоединился еще и Микки. Все собаки из одного питомника, родственники между собой, поэтому Микки приобретался не для скрещивания с его предшественницами. Любовь Журавлева сейчас занимается оформлением документов, чтобы зарегистрировать питомник шелти, и Микки предстоит стать «лицом питомника». Или в данном случае правильнее сказать «мордой питомника»? Впрочем, его хозяйка предпочитает называть его своим «рекламным баннером».

В общем, не Микки стал родоначальником павлодарских шелти. Щенки, появившиеся на свет, – плод непродолжительной «любви» между Скалли и московским кавалером. Люба строго следит, чтобы ее собаки (все они имеют в том или ином колене чистокровных британских родственников – если не пап-мам, то бабушек-дедушек) общались только с особами из их круга. Однако владельцы московского жениха долгое время не соглашались на павлодарскую невесту. Впрочем, не именно павлодарскую, а казахстанскую. Люба предполагает, что кто-то из казахстанцев когда-то не оплатил вязку животных, а такая информация среди собачников разносится мгновенно. И вот одна «паршивая овца» здорово подмочила репутацию всех казахстанских заводчиков, хотя в нашей стране их не так-то и много. В общем, чтобы все-таки свести «жениха» с «невестой», понадобилась некая многоходовка с соблюдением нескольких условий. К тому же Любе потребовался гарант, которым выступил все тот же питомник из Новосибирска. В общем, собачья свадьба – дело не такое уж простое, когда речь идет об особах голубых кровей. Впрочем, наверное, то же можно сказать и о людях.

Любовь Журавлева, принявшая недавно у одной из своих собак первое потомство, отмечает удивительную способность малышей довольно быстро продвигаться в развитии – и глазки они открыли рано, и ходить начали раньше обычного. Впрочем, говорит она, щенки более мелких пород все начинают делать немного раньше, чем их более крупные собратья. Хотя ее Эшли стала своего рода «пионеркой» в Павлодаре, за четыре года ряды любителей шелти в нашем городе заметно выросли – сегодня у нас насчитывается порядка десяти собак этой породы.

Галина ЕГОРОВА.
Фото Алены Шинкаревой.


«Всегда любил лошадей»

Фермер из Железинского района Марат Онбаев сменил один вид бизнеса на другой: стал заниматься животноводством после того, как закрыл своё прежнее растениеводческое хозяйство.

На все руки мастер

Марат родился и вырос в селе. Родители всегда держали свой скот, в том числе и лошадей. С ними любил заниматься его отец, и эта любовь перешла к сыну. Он уже и не помнит, когда впервые сел верхом на лошадь, было ли ему страшно, много ли отец помогал сыну. Знает только, что еще до школы начал ездить верхом – лет в пять или в шесть примерно.

Все взрослые работали на земле – растили хлеб, пасли скот. И он с юных лет привык к этой работе. Позднее стал работать сам – механизатором, на тракторе и комбайне, вообще был с техникой на короткой ноге. А через какие-то время решил работать на себя: создал свое крестьянское хозяйство – КХ «Онбаев». Занимался преимущественно растениеводством, но держал и скот. Было свое небольшое дойное стадо, были и овцы, и три десятка лошадей. Все вроде бы в семье складывалось благополучно – подрастали двое сыновей, хозяйство стабильно, да только жителей в селе с каждым годом становилось все меньше.

Село Октябрьское Лесного сельского округа постигла судьба многих малых сел – народ стал перебираться в более крупные населенные пункты, со школами, детскими садами, с хорошими дорогами. Три года назад в семье Онбаевых родилась дочка – маленькая Аружан, долгожданная девочка, быстро ставшая всеобщей любимицей. И вскоре на семейном совете было принято решение – надо переезжать. Марат закрыл свой прежний бизнес, присмотрели и купили частный дом в райцентре, переехали, устроились на новом месте. Когда два года назад уезжали из Октябрьского, в селе оставалось только пять обитаемых домов. Дом Онбаевых был шестым. Его не продали, не разобрали. Кто знает, может, чувствовали, что он им еще послужит?

Новое хозяйство

Сидеть без дела Марат не привык, да и семью кормить надо. Он долго думал, что хорошо бы заняться разведением лошадей, да только начального капитала для этого не было. Однажды в местной газете он прочитал, какие услуги оказывает желающим открыть собственное дело районный филиал палаты предпринимателей по Павлодарской области. Марат решил обратиться туда за помощью. И не прогадал.

В прошлом году там ему дали исчерпывающую консультацию. Он прошел обучение по программе «Бизнес-Советник». И хотя у него уже был неплохой собственный опыт, полученные знания здорово пригодились. Говорит, что в палате получил просто неоценимую поддержку – ему помогли, как он сам выражается, «от» и «до». И в составлении бизнес-плана, и в защите своего проекта, и в кредитовании: по программе развития продуктивной занятости и массового предпринимательства Марат оформил банковский заем в размере четырех миллионов тенге. В палате же помогли привести в порядок все документы для оформления залогового имущества, зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя.

Новое хозяйство назвали «Аружан» – в честь дочери, рождение которой так счастливо изменило их жизнь. Наверное, и с надеждой, что судьба нового бизнеса тоже сложится не менее счастливо. Где держать новое хозяйство, долго не думали – конечно же, в родном селе! Там остался дом, там полно подходящих земель – и пастбищ, и сенокосов. На полученный кредит Марат здесь же, в Железинском районе, приобрел и небольшой табун – 25 голов, включая одиннадцать конематок. В прошлом году на собственные деньги приобрел нескольких жеребят, которых нынче готовится поставить на откорм, для них готовы специальные места. Так что к зиме будет и первое мясо. Кроме того, в этом году Марат получил и первый приплод – шесть его кобыл ожеребились. Это значит, есть средства для того, чтобы спокойно начать погашать кредит. Марат говорит, что в местном филиале палаты предпринимателей и сейчас продолжают его поддерживать – консультируют по оплате налогов, ведь фермеры не всегда успевают отслеживать изменения в налоговом законодательстве, так что помощь кстати.

Оба его сына сейчас помогают отцу, особенно старший, двадцатилетний Нуржан. Вместе с отцом он живет в Октябрьском, домой ездят по очереди. Но у парней сейчас каникулы, ни один из них пока не собирается связывать жизнь с сельским хозяйством, старший учится в ПГУ, младший – в медицинском колледже. Хотя от работы на землеи не отлынивают – привыкли, что на селе все работают. Обоих своих сыновей Марат еще мальчишками приучил к верховой езде. Не похоже, что глава семьи огорчается возможному отсутствию преемников – дети не обязаны разделять интересы родителей. Возможно, каждый из них пойдет своим особенным путем. А может, через годы кто-то из них снова вернется к земле. Многих сельчан, успешно вроде бы устроившихся в других профессиях, со временем снова начинает тянуть к истокам.

Впрочем, по поводу помощников Марат не переживает. На данном этапе ему не требуются наемные работники, но когда потребуются – на примете есть опытные конюхи из родных краев – из соседних с Октябрьским сел к нему уже обращались по поводу работы люди проверенные, надежные.

Сегодня Марат думает о расширении дела. Здесь есть где развернуться – например, со временем надеется зарегистрировать и племенное хозяйство. Марат Онбаев мечтает заняться разведением казахской степной породы джабе, незаменимой в домашнем хозяйстве, из молока которой традиционно готовят кумыс. Кстати, о производстве кумыса глава крестьянского хозяйства тоже подумывает – пусть это произойдет не слишком скоро, но дело перспективное, востребованное сегодня.

Галина ЕГОРОВА.

irstar.kz