Издательством ТОО «Дом печати» выпущена новая книга известного павлодарского журналиста и писателя Сергея Горбунова «Память сердца». Посвящается она 65-летию Великой Победы, поэтому в нее вошли рассказы о войне. Точнее, не о войне как таковой, а о трагических сороковых, о том, как безжалостно перепахивала война судьбы людские.
Читатель не найдет здесь батальных сцен, потому что вся книга именно о людях, каждому из которых было уготовано свое место на этой страшной войне. Кто-то ложился со связкой гранат под вражеский танк, кто-то, как в рассказе «Без вести пропавшие», шел на заклание в плен, чтобы снабдить немцев дезинформацией. Молох войны пожирал на фронтах дивизии и армии. А простые, с виду незаметные люди в это время от мала до велика гнули хрип в тылу, чтобы обеспечить всем необходимым воюющую, истекающую кровью армию, чтобы растить детей. О таких людях – рассказы Сергея Горбунова. Это боль и страдания, маленькие радости поколения военных лет, судьбы, пропущенные автором через сердце и душу. Каждая из них – «кирпичик» великой войны, кажется небольшой «кирпичик», а вот вынь его, вынь другой – и ослабнет весь фундамент Победы.
Поражает своей неприкрытой правдой, нежностью и какой-то немыслимой обыденностью происходящего рассказ «Мобилизация». Обычный работяга, каких было большинство в СССР и на ком держалась страна, получает повестку из военкомата. Он идет с этой повесткой в кармане, и больше всего его заботит: вот уйдет он на фронт, не завершив всех дел: оставив без опоры беременную жену и сына малолетку, не починенную прохудившуюся крышу в глинобитном доме, не выкопанную картошку в поле, козу и кур, которым не припасено корма на зиму… Он не сказал дома, что через три дня – на фронт. Он, как будто последний день живет, взялся за домашнюю работу. Кого-то в это время шумно провожали на войну, кто-то коротал последние деньки рядом с любимой. А Прокоп до полного изнеможения и опустошения гнул спину, он – мужик, он глава семьи, он должен обеспечить семью на будущее. Только картошку выкопать не успел… И лишь когда жена обыскалась в шкафу, не найдя его выходного костюма, который Прокоп продал, дабы закупить для семьи в прок самого необходимого, она поняла, почему муж не покладает рук в последние дни и ночи. Он даже обязательную в те годы гулянку не стал устраивать – лишние расходы для семьи. И они, семья, так и просидели всю его последнюю ночь на крылечке, тесно прижавшись друг к другу, в том числе их будущий младенец, который еще не родился…
Затронут душу читателя и два вроде бы будничных рассказа – «Письмо на фронт» и «Письмо с фронта». И через невольно возникший ком в горле понимаешь, как они были дороги в то время – эти солдатские треугольники с фронта и письма, приходящие солдатам, обычным рабочим войны. Поражает в этих рассказах и другое – насколько точно автору удалось передать быт тех лет, «запах» того времени и даже, по-моему, язык тех лет. Известия тех лет, от которых бросает в дрожь и становится даже неловко за нас, нынешних. Вот дочка пишет отцу на фронт: «…Дедушка Силаний Егорович сам взял да и умер. Когда их семье голодно стало, он сказал снохе Алене, что отказывается от еды, чтобы не быть лишним ртом и не обижать внуков и её. Она у него в ногах валялась и Христом Богом просила не брать грех на душу, и к председателю ходила, и тот дал дедушке мешок картошки и кило ячменной крупы, но дедушка от своего не отступился. Помолился, попросил у всех прощения, надел чистую рубаху и штаны, лег на печку и к утру помер». Кто-то из «наших новых», может быть, скажет – мол, все это плод фантазии автора. Но это пронзительная до рези в сердце правда тех лет.
А с каким неизбывным лиризмом и внутренним надрывом написан рассказ «Не успел». С каким достоинством ждет аксакал в далеком казахском ауле письмеца от сына-танкиста. Сын пишет, что броня у танков крепка, и он жив, бьет врага, но танки наши немцы все же подбивают. Аксакал после таких писем – все задумчивее, о чем-то украдкой шепчется со своей верной супругой. А утром уходит в райцентр. Все узнают: Алжабай Кашкаров и супруга отдали свои сбережения и ценности, чтобы броня у танка их сына была еще крепче, так и было записано в письме аксакала… А в мае пришла похоронка – сын погиб где-то под Вязьмой. Рыдая в одиночестве в степи, где его нашла супруга, Алжабай поднял к ней мокрое от слез лицо и сказал: «Это я виноват, должен был раньше деньги на танк для Дамира отдать. Его танку уже бы сделали крепкую броню, и сын остался бы живым. Как я не успел, как не успел!» Можно считать это наивной верой отца в то, что его деньги могли пойти сыну, но, полагаю, автор заставляет нас подумать о другом: наверное, родителям, пережившим своих детей, так легче справиться с горем. Если в нем винить самого себя. Тогда, наверное, и смерть сына, погибшего под Вязьмой, становится ближе. И от этого хоть как-то легче на душе.
Не буду перечислять остальные рассказы, опубликованные в сборнике. Читатель сможет самостоятельно прочесть и осмыслить их. Но нельзя не сказать и еще об одном. Сергей Горбунов дал очень точное название своей книге – «Память сердца». Да, мы, не воевавшие и не жившие в те героические, трагические и безутешные годы, можем сегодня помнить о них только сердцем и душой. Ведь сколько еще судеб людей – этих «кирпичиков» войны остались безвестными, а ведь они жили, любили, радовались и горевали. Каждая из них – отдельная судьба, отдельная непрочитанная книга.
В. ГЕГЕР.
