Около 600 человек в год поступает в ожоговое отделение первой городской больницы Павлодара – всю эту «армию» пострадавших принимает коллектив из 22 медиков во главе с заведующим отделением Маратом Канжигалиным. Четверо врачей-комбустиологов (именно так называют специалистов по термическим травмам) практически ежедневно борются за жизни своих пациентов, занимаются реабилитацией как детей, так и взрослых, делают операции, в том числе и уникальные. Причем это круглосуточная служба, принимающая и детей, и взрослых, и павлодарцев, и жителей других областей и даже стран.
Ожоговое отделение работает со дня открытия первой горбольницы – с 1980 года, причем это одно из самых востребованных и самых тяжелых отделений. По всему Казахстану такие специализированные отделения есть лишь в шести областях, поэтому к нам в Павлодар приезжают пациенты и из других регионов. Как говорит Марат Габдуллович, коллектив в отделении сработавшийся, здесь практически нулевая текучесть кадров:
– Все наши врачи и медсестры – с огромным стажем, три врача – с высшей категорией. У нас, конечно, существует относительная текучесть кадров, когда к нам присылают кого-то новенького – медсестру или санитарку, они два-три дня работают и уходят, так как мало кто выдерживает серьезные психологические нагрузки. А постоянные члены нашего коллектива работают здесь лет по 18, даже санитарки, хоть и сложновато у нас, особенно зимой.
Действительно, это отделение хоть и называется ожоговым, но поступают сюда и с обморожениями. В среднем за зиму сюда поступают 50-60 человек с холодовой травмой, но нынешняя зима существенно увеличила эту цифру – до 106 человек. Поэтому в морозы здесь и коек не хватает: отделение рассчитано на 30 мест, а приходится размещать до 70 пациентов: по 9 человек в палатах, остальные – в коридорах.
– Абсолютное большинство тех, кто поступает к нам с обморожениями, были «навеселе» – в этом году 105 из 106 человек, – дополняет Марат Габдуллович. – Причем это не обязательно алкоголики, но и просто выпившие люди, забывшие об осторожности. Мы говорим, что есть такая гремучая смесь: алкоголь, праздники и мороз.
А вот круглый год в число пациентов этого отделения попадают дети – их всегда немало, причем большинство – в возрасте от девяти месяцев до полутора лет, когда малыши начинают активно передвигаться и познавать мир.
– Недавно к нам поступил мальчик, которого ошпарило кипящим подливом, он получил серьезные ожоги – 30 процентов, три дня пробыл в реанимации, – рассказывает заведующий отделением. – Сейчас у нас на лечении шесть детей. Однако за последние годы в нашей области не было инвалидизации детей после глубоких ожогов.
Одни из самых тяжелых травм – производственные, пострадавшие на работе часто погибают, несмотря на все усилия врачей. Летом в ожоговом отделении не так много пациентов, как зимой, в основном именно в этот период врачи занимаются операциями рубцов, причем для этого приезжают жители из самых разных городов, даже из Актау.
– Уже три года подряд летом одна женщина из Актау привозит на операцию своего ребенка, – продолжает врач. – После ожогов ребенок растет, а рубцы не растут, поэтому необходимо оперативное вмешательство. Абсолютно все рубцы – и постожоговые, и посттравматические – мы оперируем, когда сведены руки, когда сращены пальцы, делаем уникальные пластические операции – в среднем 160-180 в год (в том числе и по пересадке кожи). В области у нас такого не делает больше никто.
Есть в активе павлодарских медиков и совершенно уникальная операция, аналога которой пока не было в мире, по крайней мере Марат Канжигалин о подобном не слышал – врачам удалось заново сформировать пациенту указательный палец.
– У нас был пациент, который еще в 18-летнем возрасте получил сильное обморожение, мы вынуждены были ампутировать ему все пальцы на руках, – рассказывает Марат Габдуллович. – Спустя несколько лет решили попробовать помочь парню: вместе с врачом Асхатом Мурсалимовым мы сделали ему глубокую выемку (как у здорового человека между большим и указательным пальцами), затем пересадили ему пястную кость (боковая в кисти) на место кости указательного пальца, потом пришили к специально сформированному кожному карману на животе. Через три недели провели отделение пальца. Теперь парень пользуется рукой, как и все мы, – ему доступен и сотовый телефон, и компьютер.
Раньше при тяжелых ожогах пострадавшие лежали в больнице по два года, сейчас идет интенсификация лечения, используется современное оборудование. Например, в павлодарском ожоговом отделении есть специальная кровать непрерывного действия «Сатурн» – это достаточно дорогостоящий аппарат (53 тысячи долларов), используемый для лечения больных с большими площадями ожогов на спине, животе, когда нельзя даже просто лежать. В кровати «Сатурн» больной находится в воздушной подушке, грубо говоря, парит в воздухе, а его вес удерживается за счет воздушного потока. Есть здесь и специальный перфоратор «Дерматом» – этот прибор позволяет делать забор кожи с пациентов, при этом берется лоскут, необходимый для пересадки, всего лишь в 0,3 миллиметра толщиной, что позволяет избежать новых травм и обеспечивает лучшую приживаемость кожи.
Марат Канжигалин уверяет, что сейчас медицина идет вперед семимильными шагами, у нас используется не только современная аппаратура, но и новейшие лекарственные средства, например, буквально две недели назад здесь впервые применили препарат «Перфотран» (или «голубая кровь», как называют его медики). Это лекарство используют при тяжелых ожогах, когда нарушена газотранспортная функция крови – он заменяет донорскую кровь. Кстати, в ожоговом отделении первой горбольницы еще семь лет назад категорически отказались от использования всех компонентов крови, изначально не находя поддержки коллег. Сейчас же это практикуется по всему Казахстану.
– Мы давно начали внедрять екатеринбургскую методику – по замене использования компонентов крови медикаментозной поддержкой. Во-первых, таким образом мы избегаем заражения вирусами через кровь, а во-вторых, чужая кровь хуже принимается организмом, чем лекарства, – говорит врач.
И все-таки главное богатство этого отделения – люди, с огромным человеколюбием, с большим опытом. Причем заведующий отделением с большим уважением говорит не только о врачах – Сагинтае Мухтыбаеве, Асхате Мурсалимове, Кахармане Баймуратове, но и о среднем медицинском персонале. С особой гордостью он рассказывает об Арине Амирбаевой – медсестре высшей категории, которая дважды представляла наш регион на республиканском конкурсе лучших медсестер и входила в пятерку сильнейших специалистов. Также Марат Габдуллович говорит, что сейчас медики получают неплохую заработную плату, они, конечно, не разбогатели, но все-таки Единая национальная система здравоохранения в лучшую сторону отразилась на доходе медперсонала. Коллектив отделения – действительно сплоченная команда, это подтверждается и вне работы, например, врачи отделения выступают за сборную больницы по футболу.
Тепло отзывается о сотрудниках ожогового отделения и главный врач первой горбольницы Алмагуль Нуркина:
– Таким должен быть коллектив медиков – от и до знающим свое дело, любящим профессию, всегда ответственным и мобилизованным.
Е. ГРИЩЕНКО.
Фото Валерия БУГАЕВА.
